Рассказ

Эта история произошла в первый год моего студенчества.
Тогда я безнадежно влюбилась.

-Брось, Настя! – успокаивала меня подруга, хохотушка Наталья. - Не стоит он твоих страданий!
-Нет! – нападала я на подругу с горящими глазами. – Я люблю его!

И я вновь рыдала от бездушности и черствости окружающего мира.
Приближался конец семестра. Дождливая осень неожиданно закончилась. Ночью пошел первый снег. Липа под окном стояла в белом: нарядная, как невеста. А Наташка крутилась перед зеркалом, примеряя наряды для новогоднего вечера. Я же, ко всему безучастная, валялась на кровати.
-Насть, ну скажи! В каком лучше: в сером, с люрексом, или в этом?

Я не отвечала.
-Настя! - присела Наташка на край кровати. – А давай на праздники ко мне махнем, а? У Сашки моего друг есть, познакомим тебя. Хватит киснуть!
Я вздохнула и отвернулась к стенке.
-Ты так ничего не добьешься! – Наташка решительно встала и прошлась по комнате. – Нужно действовать! Ты посмотри, посмотри на себя!
Рука подруги развернула меня к себе.
-Вот! – Наташка поднесла к моему лицу зеркало.
Я ужаснулась.
-Кто такую полюбит?! – Продолжала подруга. - Ты должна быть неприступная и неотразимая.
-Да он даже не смотрит в мою сторону!
-Посмотрит…Он еще… – Начала Наташка и вдруг замолчала.
-Настька!
-Что?!
-Я знаю человека, который тебе поможет! Ты просто обязана ехать! Ко мне домой, в Макеевку!


Мои родители были явно не в восторге от Наташкиной идеи. Хотя посвятили мы их в свой план только наполовину.
-Всё-таки, дочь, Новый год - семейный праздник,- пробовала образумить меня мама.
-Подтянешь свои «хвосты» по биологии – тогда поедешь!- отрезал папа.
-Пап, Наташка как раз и собиралась меня «подтянуть» по биологии! А еще – знаете, как она задачки по генетике решает? Лучше всех на курсе!
Родители переглянулись.
После семейного совета, на котором я дала слово не совершать глупостей и много заниматься, было решено: я еду!

Автобус уносил нас всё дальше от города. С каждым часом радостная эйфория по поводу успеха предприятия таяла.
-Наташ, я боюсь!– паниковала я.
-Да ну тебя!– успокаивала меня Наташка – Тебе ничего не нужно будет делать. Всё сделают за тебя.
-А вдруг мне это не понравится? – продолжала переживать я.
-Насть, успокойся. Все выходят оттуда спокойные и счастливые. Дай поспать, а? Долго ехать еще…– И Наташка отвернулась к окошку.

Почему-то в моей семье гадания считались ненаучным, пустым, и более того, опасным делом. Поэтому основную цель своего визита в деревню Макеевку я от родителей скрыла. А среди говорливо-балакающих наташкиных родственников чувствовала себя «не в своей тарелке».
-А где бабушка-то? – Потихоньку спрашивала я подругу.
-А мы к ней вечером пойдем. Ты ее не бойся. С виду она строгая, а в душе - добрая.

Когда стало смеркаться, Наташка потянула меня в прихожую.

- По улице не пойдем. Слишком светло.
Я удивилась. Но с Наташкой спорить не стала.
Подруга повела меня вдоль забора. Потом мы свернули в проулок.
Мы брели вдоль незнакомых хат, иногда проваливаясь в снег. Местные собаки встречали нас оглушительным лаем.

Прошло с полчала. Мы, изрядно продрогшие, вышли на освещенную улицу. И оказались перед маленьким домиком.
-Пришли! – Наташка достала ключ и стала открывать калитку.
Я посмотрела по сторонам. Мне показалось, что здесь мы уже когда-то были. Я оглянулась. Напротив светился окнами Наташкин дом.
-Так что, твоя бабушка живет через дорогу?! - Я решительно ничего не понимала.
-Ну, да! – Наташка засмеялась.
-Так зачем мы шли какими-то тропами?! – Рассердилась я.
-Видно сразу, что ты никогда не гадала! Так положено, не обижайся! – Наташка помогла мне снять пальто и шапку.
– Мы должны были немножко попетлять. – продолжала подруга. - Чтобы гадание хорошо получилось.
Наташка открыла скрип����чую дверь в комнату.
На цыпочках, ступая по домашним вязаным половикам, мы зашли.
-Бабуль, ты не спишь?
Посредине комнаты, освещенной лампой под абажуром, стоял стол. Сбоку была настоящая деревенская печь. От нее выбеленного бока исходило мягкое тепло. Под потолком сушились какие-то травы. От этого в комнате стоял душистый пряный аромат. На подоконниках развесил пунцовые колокольчики цветок-«декабрист».
-Наталка! Ты, что ль? Ласточка моя!- раздался приятный голос. Он был высоким и чистым, и никак не мог принадлежать бабушке.
Но я ошиблась.
Из-за печки показалась маленькая, проворная аккуратная старушка. В длинном шерстяном платье, белом платке. На ее морщинистой шее ярко-красными огоньками вспыхивали мелкие бусы. На носу ее были очки, а в руках - газета.
Мы познакомились.
-А я вот, читаю, что в мире-то делается! – обращаясь ко мне, проворковала Ольга Михайловна. – Ты мне, Настя, скажи: куда это правительство Китая смотрит? Что это еще за контроль за рождаемостью?
Я удивленно пожала плечами. Ольга Михайловна, скорее, напоминала учительницу, чем гадалку.
-Бабушка у меня просвещенная, не смотри, что деревенская! – Наташка обняла старушку за плечи. – А у нас к тебе, бабуля, дело есть!
Бабушка хитро прищурилась и посмотрела на нас сквозь очки.
-Что это вы затеяли, девчата, а? Образованные, вроде. А во всякие байки верите. Ты, Настя, тоже на биологическом?
Я опустила глаза и кивнула. Что-то напутала Наташка. Не может такая эрудированная женщина опуститься до ворожбы! Надежда на святочное гадание растаяла, как дым.
-Значит, ботанику должна хорошо знать. Ну-ка, ну-ка, пойдемте, покажу что-то!
Бабушка Оля сняла с крючка серую шаль, ловко обернула ее вокруг головы.
- Шубки-то накиньте, а то попростужаетесь!
Комнат в доме оказалось несколько. Мы прошли за Ольгой Михайловной через маленькую проходную комнатку со старинным зеркальным трюмо.
-Куда она нас ведет? – шепотом спросила я Наташку
-Как - куда? Гадать!
-Так она ж отказалась!
Наташка прыснула.
-Ты ничего не понимаешь! Это так положено! На словах нужно отказать!– обнадежила меня подруга.
Мы оказались в крохотной комнатушке, похожей на летнюю кухню. Мороз заледенил окошки узорами. Было холодно.
-Ната, голубушка, подсвечник подай-ка! – Бабушка открыла шкафчик, достала длинную желтоватую свечку.
Наташка чиркнула спичкой. Кухня осветилась. Почему-то запахло медом.
Вскоре на столе появились чистое полотенце, медная миска, и какой-то бесформенный кусок, похожий на пластилин.
-Гори, жижа, гори, в делах наших девкам помоги, - прошептала Ольга Михайловна, разминая, как скульптор, восковой кусок. Потом окунула его в миску с теплой водой и накрыла рушником.
Я пыталась согреть ледяные пальцы и с испугом наблюдала за происходящим.
-Что, Настя, - бодро обратилась ко мне старушка. – Страшно?
Я кивнула, втянув голову в плечи.
-А ты пока травки посмотри, какие я летом насобирала. Чай, интересуешься?
Я подошла к шкафчику. На холщовых маленьких мешочках не было надписей. Понюхав некоторые их них, я определила душицу, шалфей, укроп.
-Ай, да девка! Укроп - это у меня больше для бати Натиного, Алексея. Уж больно раков с укропом он уважает!
Наташка улыбнулась.
В руках у Ольги Михайловны был небольшой кусок причудливо растекшегося воска.
-Мы про счастье мечтаем, а оно - около нас крутится. Раскрой руки - и поймаешь! – заговорила бабушка, не глядя на меня. – А то, что около чужого дома ходит- не наше. Не лови - всё пустым выйдет!
Ольга Михайловна повертела слепок.
-Видишь, Настя, - двое около тебя. Один – твой будет скоро. Другой – уйдет, как снег мартовский.
-А какой?! Какой мой будет?! – встрепенулась я.
Ольга Михайловна вздохнула.
-Прости, касатка, не тот, о котором ты слёзы льешь. Знаю, знаю, много о нем передумала!
Я посмотрела на Наташку.
Подруга развела руками: мол, я тут ни при чем!
- Я слышала, что можно…- Я покраснела, не зная, как произнести слово «приворожить».
- А-а, вот ты куда клонишь, девка?! – Ольга Михайловна посмотрела на меня серьезно. –Хочешь привязать к себе человека, пусть даже по большой любви?
Я, сгорая со стыда, кивнула.
-А давайте…Чаю попьем! …– Неожиданно предложила бабушка Оля. - У меня пироги поспели…
От этих слов моя последняя надежда рухнула. На глаза навернулись слезы. Зря я сюда приехала, зря!
Мы вернулись в натопленную горницу. Вскипел чайник. Я через силу жевала пирожок с курагой.
-Ты, Настёна, не обижайся на старуху, - заметила мой расстроенный вид Ольга Михайловна. – Я вам с Натой историю одну расскажу. А после ты мне сама скажешь: хочешь приворот делать или нет.
Я украдкой отерла слезу.
Наташка подлила мне чаю.
Бабушка Оля подошла к серванту, достала старую фотографию с поломанными краями.
- Вот, глядите: это отец мой, Михаил Алексеевич.
С пожелтевшей фотографии на нас с Наташкой посмотрел стройный кудрявый красавец в солдатской шинели.
- Служил он на Урале. Потом - вернулся в село. Привез, как полагается, всем подарки. Матери – красное ожерелье, а невесте, Любаве милой, - бирюзовые сережки…»
Внезапно погас свет. Дом погрузился в темноту.
-Отключили! Это у нас бывает…- бабуля встала из-за стола, взяла с печки свечу и зажгла ее. По комнате поплыл знакомый медовый аромат.
-Ты ничего не путаешь, бабуля? – вмешалась Наташка. - Прабабку, ты сказывала, звали Пелагеей?
Бабушка Оля вздохнула, перекрестилась, что-то зашептала, повернувшись к маленькой иконке в цветах.
Я укоризненно глянула на подругу.
-Нет, дитятко. Не перепутала я, Наталка. Была до Пелагеи, прабабушки твоей, у отца моего другая невеста. Царствие ей небесное…
Пристыженная Наташка замолчала. Я тоже положила голову на руки и приготовилась слушать рассказ далёкого наташкиного прадеда.

«Сам не знаю, отчего у нас с Любавой такая любовь вышла? Девка видная она была, женихи около нее всегда крутились.
Только я - как-то не замечал ее. А однажды - прошла она мимо, усмехнулась в полушалок – и прям как огнем меня опалило. Сердце заныло.
Уехал на службу – а сам не могу ни о чем думать, как только о ней, о Любавушке. Вернулся, как на крыльях. И чем больше видел ее - тем больше мне она нравилась: скромна, мила, со всеми приветлива. Уж и свадьбу решили осенью справить, аккурат после жатвы.
Возвращался как-то я с сенокоса. Устал - смерть как! Но как подумаю о своей Любаве- так радость по всему телу разливается, увидеть ее хочется! Дай, думаю, заскочу к ней, хоть через забор, поговорить охота. А охота, как говорится - пуще неволи. Повернул я с дороги, и прямиком через Свиной хутор, напрямки. Вот и ее улица, в доме – окошки светятся.
Я – к забору. Вдруг собака как завоет! Я Дружку – фьють-фють! А он, поганый, воет и воет!
Смотрю - на лавочке, около калитки - силуэт девичий! Голову наклонила, что-то в корзинке перебирает. Вот она, моя Любава! Ну, думаю, сейчас обрадую ее. Подбежал, на землю бухнулся, за колени обнял…И чувствую: словно камень могильный обнял: такая сырость от того живого тела исходит! Поднимаю лицо и виду: передо мной не моя Любовь, а чужая девица. Лицо сухое, бледное, один глаз на меня смотрит, другой- мне в плечо уставился. Губы у нее мелко-мелко затряслись. Вскрикнула она, корзинку схватила - и быстро побежала. Только босые пятки в темноте сверкали.
Сам не знаю, почему - рассмеялся я от всего этого. То ли от того, что чужой девке в объятья бросился, то ли от легкого испуга. Не знаю. Так стоял и, как дурак, смеялся вслед убегающей девке. Бил меня этот смех дикий, до коликов, пока в доме меня не услыхали. Любава выбежала, отец ее, мать. Насилу меня успокоили: воду пить не мог, от колик захлебывался.
Потом, как я рассказал все – отец Любавы велел младшему сыну колодезной водой лавку окатить. Особливо то место, где девица сидела.
Не помню, как добрался домой. И первым делом решил у матери про странную девку расспросить.
-Так это Зарька Косая! Окстись, сынок! Беса не трожь- и он в дом не вхож! На кой сдалась она тебе?
Долго упрашивал я мать. Удалось узнать немного.
Оказалось, что пока я служил, в голодный год приблудились к нашему селу мать с дочкой. Поселились в чужой брошенной избе на краю села. Мать у Зарьки, поговаривают, ведуньей была: бегали к ней и замужние, и девки. Травами лечила, и привораживала. Ни с кем дружбу не водила. За эти грехи и наказал бог ее ребенка. Зарька волчонком росла: нелюдимая, рыжая, глаза мутные - словно ржавь болотная. А к зиме - заболела Зарька. Перекинулась болезнь на голову, вздулись на голове шишки. Думали- помрет девчонка. Ан – нет, весною увидели ее на дворе. Худющая- скелет один, глазища большие, ввалившиеся, один глаз стал косить. А мать Зарьки- пропала! Выходила дочь – и исчезла, словно ее и не было!
А Зарька по селу до сих пор бродит, народ пугает. Говорят, глаз дурной у нее. На кого глянет- тому судьба тяжкая выпадает.
-Да может, мать, брешут люди всё? Ну, что она может сделать? Страшная она, как чёрт! И злая: замуж-то никто не берет…- Вымолвил я – и почувствовал новый приступ едкого смеха, который стал сотрясать меня против воли.
Мать посмотрела на меня как-то странно. Полезла в сундук, достала маленький рушник ( в нем я узнал свое крестильное полотенце), отерла мне лицо. Смех мой начал постепенно стихать. Наползла какая-то дурманящая слабость. Не помня себя, я повалился в постель…
Наутро, отправившись чуть свет на покос, я скоро позабыл о странной девке и ее дурном глазе.
Через день Любава встретила меня нерадостная. Лицо заплаканное. Я ее и так пытал, и эдак. Наконец, сдалась она.
-Потеряла я подарок твой, сережку одну, бирюзовую. – И снова - в слезы.
-Тьфу! – говорю. – Эка мелочь! Какие вы, бабы, на бирюльки разные падкие! Куплю я тебе еще, не плачь, глупая.
Обнял я ее, еле успокоил милую мою. Сошлись мы на том, что куплю ей серьги точь-в точь такие же.

Продолжение следует

Ольга Вивчарова
(Россия, Краснодар)

Написать автору

Автор - о себе

Вивчарова Ольга Борисовна, сценарист, прозаик.
Сценарные публикации в журналах "Последний звонок", "Синопсис и сценарий", "Сценарий и репертуар". Обладатель сертификата участие в конкурсе на лучшую композицию в области кинематографии «Россия. Большая и многонациональная».(Сценарий «Соната для скрипки без оркестра»). Сертификат выдан Федеральным Агентством по Культуре и Кинематографии в 2007 г.
Прочие публикации: Журнал " Космополитен" (2008 г,), журнал "Новый Карфаген", еженедельник "Народы Кавказа" (2007 г.,), журнал «ТОП-малыш» (2006-2008 г.г., циклы сказок)
Являюсь лауреатом литературных конкурсов "Бекар" (2005 год) и "Янтарный слог" (2005 год). Второе место в номинации "Короткий рассказ" за рассказ «Виола».

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com - 21 Июля 2008

Рубрика:  Романтика и психология

Все статьи о женской психологии и психологии отношений  

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма,  отзывы, вопросы, и пожелания по адресу  lana@russianwomanjournal.com